Вытеснение: сущность и условия возникновения

Далее Фрейд касается сущности вытеснения и условий его возникновения. Он рассматривает сущность вытеснения как топографически, так и со стороны удовлетворения цели влечения.

Как уже было сказано выше, вытеснение перемещает скрываемое от «Я» представление влечения из осознаваемой сферы психики в специальную область бессознательного, находящуюся под контролем цензуры, отвечающей за сопротивление этому представлению в поиске лазеек обратно к сознательному. Это и есть сущность вытеснения, так сказать, его топографическая характеристика, принцип которой заключается «в удалении и отстранении какого-либо содержания из сознания».

Таким образом, важнейшим первичным условием для возникновения вытеснения, по мнению Фрейда, является «резкое разделение между сознательной и бессознательной душевной деятельностью», которое становится возможным в результате развития человека как субъекта.

Фрейд также подчеркивает, что сущностью влечения можно считать избавление психики от невыносимого напряжения, возникшего вследствие долгого «неудовлетворения влечения». Известно, что целью влечения является его удовлетворение, которое «всегда сопровождается чувством наслаждения».

Однако, благодаря «особому обстоятельству», бывает и по-другому. По утверждению Фрейда, опыт психоаналитических исследований показывает, что влечения, представления которых обычно подвергаются вытеснению, вполне себе могут быть удовлетворены.

Однако, вызванное наслаждение, в таких случаях, практически всегда «несовместимо с другими требованиями и планом личности», что вызывает неприятные чувства. Вытеснение же избавляет субъекта от них. Таким образом, условием возникновения вытеснения можно считать и «мотив неудовольствия», когда он «приобретает бо́льшую силу, чем наслаждение от удовлетворения» влечения.

«Первичное вытеснение» и «послевытеснение»

Фрейд выделяет «первичное вытеснение» и «вторую ступень вытеснения» как две ключевые фазы этого психического процесса. «Первичным вытеснением» ученый называет тот самый, описанный выше процесс перемещения представления в бессознательное и его последующей цензуры, в результате которых «в сознание не допускается психическое представительство <…> влечения».

Фрейд делает специальный акцент на «второй ступени вытеснения», или, послевытеснении, заслуживающем особого внимания для психоанализа, так как аналитику в кабинете приходится иметь дело с результатами именно его работы. Фрейд утверждает, что у каждого вытесненного представления влечения существует множество «психических дериватов», связанных с ним ассоциативно.

Дериватами может выступать что угодно: мысли, события, обстановка, пейзажи, запахи, цвета, слова, звуки, похожие слоги и т.д. Это образование ассоциативной сети между первично вытесненным представлением и его дериватами, которые «подвергаются той же участи», Фрейд именует послевытеснением. Великий психоаналитик также называет его «вытеснением в собственном смысле», когда представления, попавшие в одну ассоциативную цепь, могут проталкиваться «вслед за вытесненным уже раньше».  

Ученый уверен, что именно эта внезапно возникающая ассоциативная связь усиливает «вытесняющую тенденцию» и позволяет процессу достичь своей цели. По мнению Фрейда вытеснение в психике было бы менее эффективным, если бы в бессознательном «не существовало уже ранее вытесненное, готовое всегда подхватить все то, что отвергается сознанием».

Ассоциативная цепь представлений может безгранично разрастаться «во тьме бессознательного», приобретать «более богатое содержание» и беспрепятственно сохраняться. Однако, если «дериваты первично вытесненного» удаляются в ассоциативной цепи достаточно далеко от исходного представления влечения или подвергаются значительному искажению, то «доступ в сознание оказывается для них совершенно свободным».

Индивидуальность и подвижность вытеснения

Фрейд подчеркивает индивидуальность работы послевытеснения, которая заключается в различной «участи» дериватов вытесненных представлений, а именно, подверженности различной степени искажения. Благодаря ослаблению ассоциативных связей или своей искаженности, такие деривативные представления получают возможность прохода цензуры «Я» и доступа в сознательную психику, что доказывается существованием ошибочных действий, сновидений, острот и многочисленными психоаналитическими исследованиями.

Фрейд также заостряет внимание на важности и «высокой степени» подвижности работы вытеснения. Он указывает на то, что этот процесс не следует рассматривать как «однажды свершившийся». Вытеснение требует больших затрат энергии и «длительного напряжения сил», которые и обеспечивают эффективную цензуру.

Фрейд полагает, что «участь» дериватов, то есть величина искажения этих представлений, определяется их «степенью активности». Потерявший активность дериват может легко проникнуть в сознание, например, в сновидениях, когда для психики характерна значительная «экономия сил». Однако, при пробуждении представление, участвующее в явном сновидении, снова становится активным «и влечет за собой вытеснение».

Представления и аффекты при вытеснении

Фрейд чувствует необходимость углубиться в обсуждение энергетического аспекта влечений и объяснить, что обеспечивает активность представлений, влияющую на их судьбу в психических системах.  Ученый постулирует, что каждое влечение отражено в психике не только качественным элементом – представлением, но и количественным – «суммой психической энергии», или, аффектом.

При вытеснении представление отделяется от аффекта, и если первое запирается в недрах бессознательного, о чем было сказано уже выше, то второго, в зависимости от количества энергии, «может постигнуть троякая участь». Количественный фактор влечения может полностью исчезнуть, появиться «как качественно окрашенный аффект» или же превратиться в страх.

Если вспомнить, что целью вытеснения является «стремление избежать неприятного», то судьба аффекта влечения, судя по всему, играет гораздо более важную роль, чем «участь» представления. Фрейд утверждает, что вытеснение, в результате которого возникли страх или новые неприятные ощущения, определенно, «потерпело неудачу». Ученый приходит к важному выводу, что именно то, что происходит с аффектом «является решающим в оценке процесса вытеснения», определяет удачным он был или неудачным.

«Неудавшиеся вытеснения»

В конце своей статьи Фрейд обращается к механизму процесса вытеснения и рассматривает его на примере «неудавшихся вытеснений», так как они имеют «больше права на <…> интерес» для анализа. В отличие от «удавшихся вытеснений» они остаются доступными для психоаналитических исследований в виде «замещающих образований» и симптомов, которые Фрейд рассматривает как «признаки возвращения вытесненного».

Для доказательства того, что «каждый психоневроз отличается свойственным только ему одному механизмом вытеснения» ученый предлагает читателю взглянуть на примеры фобии, конверсионной истерии и невроза навязчивости. 

Фрейд подчеркивает, что единственное, что есть у них общего в процессе вытеснения представления влечения – «это отнятие связанной энергии». Однако, пути формирования замещающего образования и судьбы аффекта, определяющая качественную и количественную характеристики симптома, разнятся значительно.

Вытеснение при фобиях

В случае фобии первичное представление, связанное с влечением, вытесняется, а аффект, путем смещения, перемещается на какое-то другое, замещающее представление из ассоциативной цепи дериватов («замещающее образование») и, при этом, не меняет своей качественной окраски.

Например, при фобии животных, как описывает Фрейд, аффект, связанный с представлением об отце и боязнью его, может переместиться на зверя, подходящего для того, «чтобы быть объектом страха». В этом случае, страх никуда не исчезает, неудовольствие не прекращается, и у человека развивается собственная фобия в виде различных предварительных «мер, назначение которых – исключить возможность развития страха»: избегать животных, не ходить в лес, сворачивать на другую улицу при их появлении, одеваться в закрытую одежду и т.д.

Таким образом, «работа невроза не прекращается», и Фрейд считает вытеснение при образовании фобии «окончательно неудавшимся», так как оно совершенно не достигает своей цели и протекает «неограниченно во времени».

Вытеснение при конверсионной истерии

При конверсионной истерии, первичное связанное с влечением или переживанием представление вытесняется из сознания, но, благодаря сцепке множества дериватов в ассоциативной цепи, формируются «обширные замещающие образования», которые одновременно представляют собой и симптомы. Аффект при этом полностью исчезает, но симптомы впитывают в себя «посредством сгущения всю энергию» количественной составляющей влечения.

Симптомы при конверсионной истерии причиняют огромное неудовольствие, потому что обычно представляют из себя «места с повышенной иннервацией», например, обонятельные рецепторы, в случаях, когда запахи вобрали в себя весь аффект переживаний.  

В отличие от фобий, при истерии вытеснение прекращается вместе с образованием симптомов, но, тем не менее, вследствие описанной выше симптоматики, Фрейд называет его «совершенно неудавшимся», несмотря на то что устранение аффекта, являющееся целью вытеснения, «обычно достигает полного успеха».

Вытеснение при неврозе навязчивости

Невроз навязчивости рассматривается Фрейдом как самый сложный случай психоневрозов в отношении работы механизма вытеснения. Представлением влечения здесь является либидозное «нежное стремление», направленное к объекту. 

Невроз навязчивости «предполагает предшествующую регрессию», которая выражается в возникновении «враждебного импульса» против любимого человека, часто весьма садистического. Будучи враждебным, представление, отражающее этот импульс влечения, вытесняется, и это вытеснение сначала «имеет полный успех», а аффект вообще уничтожается.

Однако, в качестве замещающего образования в неврозе навязчивости выступает собственное «Я», которое подвергается существенному изменению, в результате работы совести, морали и общественного мнения.

Как отмечает Фрейд, проблема заключается в том, что «образование замещения и симптома не совпадают», последний вообще не образуется, а «повышение чувствительности совести» сложно назвать симптомом. Взамен, возникает «реактивное образование», где вместо садистического импульса, по отношению к тому же объекту, рождается усиленный либидозный.

«Я» начинает как бы заботиться об объекте, но это уже никак не может принести субъекту удовлетворения, потому как возникшее влечение полностью основано на чувстве вины. Получается, что и при неврозе навязчивости с вытеснением происходит полная неудача.

Фрейд подчеркивает амбивалентность невроза навязчивости, которая дает возможность вытесненному «вернуться обратно в сознание». Кроме того, и «исчезнувший аффект возвращается», проявляясь в виде социального беспокойства, упреков по отношению к собственному «Я» и в построении «механизма бегства посредством запретов и обходов», как и в случае образования фобий.

Прорвавшееся обратно к сознанию первоначально вытесненное представление заменяется путем смещения на другое, «часто перемещаясь на самое незначительное» в ассоциативной цепи дериватов, в результате чего исходное представление трудно поддается обнаружению в психоанализе, и обычно проявляется как несущественная деталь повествования.

Работа вытеснения при неврозе навязчивости никогда не останавливается – только это может помочь субъекту «удержаться от действия» садистического импульса. Таким образом, она превращается, по мнению Фрейда, «в бесцельную и бесконечную борьбу», плодами которой являются лишь увеличивающееся множество индифферентных замещающих образований первоначально вытесненного представления.